Бактыбек Омурзаков
Доктор по имени Счастье, консультировавший в Даугавпилсе пластический хирург-ювелир, один из редких в мире специалистов, конструирующих уши.
Доктор по имени Счастье, консультировавший в Даугавпилсе пластический хирург-ювелир, один из редких в мире специалистов, конструирующих уши.Поскольку в Латвии нет специалиста по отопластике (тотальным восстановлением ушной раковины в мире занимаются очень немногие), я уже неоднократно приезжал в Клинику проблемных ран для проведения сложных операций.
Я родился в киргизском селе, во многодетной семье. Моя сестра училась в медицинском институте, часто жаловалась на трудности в учебе. Поэтому мои родители долго были против того, чтоб я стал врачом — хотели видеть меня бухгалтером. Но мне хотелось закончить какой-нибудь серьезный вуз, и я остановил свой выбор на медицине — решил стать хирургом.
Я человек спокойный и терпеливый. Но, бывает, выводят из себя невежественные в профессии люди, которым трудно что-то доказать: они даже не понимают, что они чего-то не понимают. Желание стать хирургом у меня не от садистского желания резать. Видно, что-то заложено генетически — есть предрасположенность к хирургии, к кропотливой работе: с детства я все время что-то разбирал, даже ломал. Как-то раз, например, ковры порезал.... Стремился к творчеству.
В районной больнице, куда меня направили после окончания мединститута, мне было скучно: я хотел совершенствоваться. Поэтому когда в СССР стали организовывать отделения микрохирургии, я сразу заинтересовался этим абсолютно новым направлением в медицине.
Даже совершил, как я сейчас расцениваю, большую авантюру: женился на студентке из района, где открывалось новое отделение, и написал в Минздрав письмо с просьбой о переводе в Республиканскую клиническую больницу. Там, в отделении пластической и реконструктивной микрохирургии, я проработал потом 18 лет.
Микрохирургия — это ювелирная работа. Нужны годы тяжелого труда, чтобы понять секрет, чтобы достигнуть определенных результатов. В первое время было особенно трудно — учились друг у друга, самостоятельно. Проводили 12-14-часовые операции: по восстановлению травматических ампутаций конечностей, пальцев, поврежденных мышц и сухожилий, по восстановлению скальпированных ран, делали пластику кожи после резекции опухоли и др. В 1988-ом году на советско-американском симпозиуме пластических микрохирургов в Москве я прочитал свой первый доклад. Сейчас у меня уже более 25 лет хирургического стажа. Помимо реконструктивной микрохирургии занимаюсь пластической и эстетической хирургией (чтобы покрыть расходы). Также консультирую в Республиканской детской больнице и читаю лекции в Международном университете Кыргызстана.
Из 4-х наиболее распространенных в мире техник тотальной отопластики самым эффективным и безопасным методом хирургического восстановления ушной раковины является своего рода революционный двухэтапный метод, разработанный японским хирургом Сатору Нагата. Этот метод я не только самостоятельно изучил (по журнальным статьям), но и усовершенствовал — наполовину уменьшил длительность каждого этапа операции. При восстановлении уха самым хорошим является собственный материал: для хряща мы берем фрагмент из ребра, кожу — из паховой области. В Латвии такая операция стоит около 3000 долларов, детям ее делают бесплатно.
Мое имя Бакыт переводится как «счастье». Ни о чем в своей жизни не жалею — моя работа приносит мне моральное и материальное удовлетворение. У меня многое еще в планах, но в основном я добился того, к чему стремился, поэтому считаю себя человеком состоявшимся — это важно, особенно для мужчины. Думаю, у меня есть внутренний стержень, который помогает мне достигать желаемого. Если бы начать все сначала, возможно, стал бы режиссером — тоже интересная творческая работа.
Какие случаи запомнились больше всего? Лет 10 назад пришил руку 8-летней девочке: в результате автомобильной катастрофы у нее была ампутация на уровне плеча. Очень хорошие результаты — движения полностью восстановлены. Еще был случай — у 27-летней учительницы был отрыв кисти, полный отрыв мышц предплечья и кожи плеча (локомотивом едущего поезда зацепило сумку женщины, а она ее не отпустила). Я тогда сделал 8 операций: сначала руку пришил, потом — кожу и мышцы. Нервы пересаживал — отдельно на разгибательную и сгибательную мышцы. Удалось восстановить кисть и некоторые движения.
Мои родители живут со мной — они уже в возрасте, за ними нужен уход. Жена тоже врач — занимается многофункциональной диагностикой (УЗИ, электрокардиограммы). На детей влияние в выборе профессии мы не оказываем. Старший сын работает аудитором, младший после школы планирует пойти по стопам брата. В воспитании детей участие принимал всегда, люблю с ними беседовать — обсуждать их проблемы. Битьем не увлекался, но воспитывал в строгости, особенно пока дети были маленькими. Считаю, с сыновьями именно так и нужно поступать — чтобы они выросли настоящими мужчинами.
В Кыргызстане очень красивая природа — примерно 85% всей площади занимают живописные Тянь-Шаньские горы, покрытые ледниками и альпийскими лугами. Летом отдохнуть от жаркого города мы всей семьей выезжаем либо на дачу, либо на джайлоо — высокогорное пастбище. И хотя бы раз за лето ездим на озеро Иссык-Куль — жемчужину Центральной Азии. Для души иногда играю на комузе — когда-то учился в музыкальной школе и даже играл в оркестре. Для пальцев хирурга мягкие струны этого народного инструмента не представляют опасности. Бывает, играю и на гитаре.
В 2002-ом году побывал на стажировке в Америке, посетил крупнейшие клиники.
В США — самая высота хирургии, сегодняшний ее потолок. Американская медицина в корне отличается от нашей — там и у врачей к лечению иной подход, и у пациентов (все застрахованы). Особенно впечатлила универсальная многопрофильная клиника братьев Мейо — оснащенность, современнейшие технологии, суперпрофессиональный персонал.
В Латвии, на мой взгляд, высокоразвитая хирургия — и по технической оснащенности, и по уровню профессинализма. Финансирование медицины со стороны государства у вас лучше, чем в Кыргызстане.
Еще в 1987-ом году на стажировке в Ленинграде я познакомился с доктором Либерманисом из Риги. С тех пор мы с ним крепкие друзья и единомышленники, дружим семьями. Рижская Brūču klīnika — это детище д-ра Либерманиса, пластического хирурга, профессионала своего дела. Чтобы такого добиться, нужно много трудиться, быть человеком незаурядного ума и больших организационных способностей.
Когда такому Человеку с большой буквы удается организовать, сплотить вокруг себя коллег — только тогда продвигаются отдельные отрасли.
В Даугавпилсе во время акции «Пришей мишке ушки!» к нам обратились не только люди с патологией ушной раковины, но и пациенты с другими проблемами — не по нашему профилю. Однако мы постараемся что-то сделать и для них — свяжемся, узнаем, сообщим. Я уверен: главное в жизни — помогать людям.
Источник: http://www.pribaltnews.ru/rus/novosti/n999550
|